Петербургский Генеалогический Портал
русская версияenglish version


   
 


  Rambler's Top100

Cодержание

 
 
  • Регистрация

  • О сайте

  • Новости

  • Анонсы

  • Организации

  • РГО

  • Известия РГО

  • Дворянский календарь

  • СПб ДРК

  • Генеалогический вестник

  • СПб народный некрополь

  • Из глубины времен

  • Школа Генеалогии

  • Публикации

  • Библиография

  • Библиотека

  • Персоналия

  • Личные страницы

  • Доска объявлений

  • Полезные программы

  • Полезные ссылки

  • Интернет-магазин

  • Справочные услуги

  • Консультации

  • Поиск фамилий

  •  

     

    Это интересно


     

    Погода в С.Петербурге сегодня Погода
в С.Петербурге завтра

    TopList

    Rambler's Top100

    Каталог интернет ресурсов -
ИнфоПитер

    Яндекс цитирования

    Наш Питер. Рейтинг
сайтов

     

    На главную страницу сайта \ На предыдущую страницу \ Другие источники

     

    Библиотека

    Николай Ермолович.
    Белорусское государство Великое княжество Литовское

     

    Вступительное слово

    Заголовок этой книги не может не вызвать очевидного изумления у читателей. И действительно, государство белорусское, а название имеет литовское. Тем более, что в исторической науке закрепилось утверждение, что Великое княжество Литовское (ВКЛ) было литовской державой в современном значении этого слова, что его образование началось с завоевания литовским князем Миндовгом в середине 13 столетия ряда белорусских земель, и в первую очередь так называемой Черной Руси с городами Навогрудком, Волковыском, Слонимом, Городней и прочими [1] . Казалось бы, что такое редкое в науке единодушие основывается на бесспорных исторических сведениях. Но еще в свое время было сказано, что "в достоверных источниках не дошло до нас никаких сведений о завоевании Литвой этой территории" [2]. С того времени прошло более 100 лет, но впоследствии не появилось ни одного источника, который бы подтверждал литовское завоевание какой-нибудь белорусской земли [3].

    Даже В.Пашуто в своей работе об утверждении Литовского государства, где можно было бы искать детального рассмотрения этого исторического факта, говорит о нем как бы мимоходом "В Черной Руси, которой Миндовг завладел в 40-х годах 13 века, княжил его сын Войшалк" [4]. И все ж… этот исследователь, книга которого способствовала еще большему укреплению в нашей историографии утверждения о литовском завоевании Белорусии, вероятно, не был убежден в правильности этого и других своих тезисов, связанных с образованием и дальнейшей историей ВКЛ, поскольку счет необходимым заявить: "Дальнейшие успехи нашей науки, может быть, приведут к пересмотру приведенных здесь аргументов и выводов. Чем раньше это случится, тем лучше" [5]. Да, пересмотр необходим. Современная историческая наука не может мириться с бездоказательными утверждениями, рассказ об образовании ВКЛ и его дальнейшей истории должен быть приведен в соответствие с историческими сведениями.

    Николай Ермолович.

     

    Древняя Литва - историческая область Беларуси

    Вопрос о местонахождении летописной Литвы - один из важнейших в нашем исследовании. И правда, где была та земля, имя которой потом дало название одному из крупнейших государств в Европе? Эта проблема требует детального рассмотрения, поскольку с ее описания и начинается описание истории создания ВКЛ.

    В разные исторические периоды под Литвой понимали не одну и ту же территорию, не один и тот же народ. Еще в конце 19 века А.Кочубинский критиковал тех ученых, которые "современное этнографическое положение Литвы выводили из положения доисторического, во времени не изменного" [76]. Жаль, эта верная мысль осталась в науке без внимания, и в дальнейших исследованиях и учебниках по истории Древняя Литва отождествляется с иной исторической областью - Аукштайтией, которая занимала восточную часть современной Литвы [77].

    Одной из причин отождествления летописной Литвы и Аукштайтии является то, что последняя в древних летописях не упоминается. Поэтому и был сделан вывод, что она выступает здесь под названием Литвы [78]. Это стало общепринятым, что и сдерживало дальнейшее выяснение вопроса, где была летописная Литва 11-13 вв. Исследователи, вместо того, чтобы внимательно прочитать и проанализировать указанные места летописей и дать ответ на этот вопрос, бездоказательно повторяли: Литва - это Аукштайтия. Однако Литва 11- 13 вв. - это не Аукштайтия, и находилась она не там, где ее располагают исследователи.

    Ответ на вопрос, где была летописная Литва, дают, главным образом, некоторые записи наших летописцев.  Сообщения эти, как  увидим, подтверждаются топонимикой и другими материалами.

    Ипатьевские  летописи под 1159 г. сообщают о том, что минский князь Володар Глебович «ходяше под Литвою в лесех» [79], а под 1162 г.,  что он же выступил на своего противника «с Литьвою» [80]. Отсюда видно,  что Литва находилась по соседству с Минским княжеством. К тем же выводам, основываясь на тех же летописных сведениях, пришел и А. Насонов [81].

    Территорию, которая находилась на запад от Минска, как Литву показывает, но уже со стороны   Новогородка ( и это особенно ценно), запись ипатьевских летописей  под 1262 годом.  Сообщается, что князь Войшалк  «учини собе манастырь на реце на Немне,  межи Литвою и Новым-городком» [82].  Как известно, Войшалк  основал монастырь при  впадении реки Валовки в Неман, там, где сейчас находится д. Лавришево [83] (на северо-востоке от Новогрудка).  Таким образом, согласно с летописью, на северо-востоке от  Лавришева, за Неманом, в направлении Минска находится Литва, что целиком соответствует летописным сведениям 1159 и 1162 годов. Если бы под Литвой здесь подразумевалась Аукштайтия, то летописец не сказал бы, что основанный Войшалком монастырь был между Литвой и Новогородком, ибо Аукштайтия  находилась от Новогородка  не на северо-восточном, а на северо-западном направлении.

    Летописная Литва была не только на правом, но и на левом берегу Немана. В 1190 году князь Рюрик Ростиславович  решил помочь своим родственникам – пинским князьям в борьбе с Литвой и собрался в поход на нее, но не смог дойти туда, так как потеплело,   и снег растаял, а в этом болотистом краю только и можно было воевать в сильные холода [84]. Из этого можно сделать вывод, что Литва была недалеко от Пинской земли, за ее болотами.  Об этом также свидетельствуют Ипатьевские летописи под 1246 г. В них сообщается про литву, которая совершила набег на Пересопницу  (на Волыни),  и возвращалась через пинскую землю обратно, где и была разбита галицко-волынскими князьями [85]. В следующем году «литва»  напала на Мельницу и Лековню  (также на Волыни) и опять возвращалась через Пинскую землю, где так же была разбита [86].  В 1262 году отряды «литвы», посланные Миндовгом на волынские города, отступали: первый – в направлении Ясельды [87], а второй – к Неблю [88],  что означает в сторону Пинской земли, как и в предыдущих случаях. Поскольку   каждый раз обратный путь «литвы»  проходил через Пинскую землю, то можно сделать вывод, что Литва находилась где-то по соседству с ней. Так оно и было, о чем  непосредственно и подтвердили Ипатьевские летописи. Под 1253 годом в них рассказывается, как галицко-волынские князья, идя через Пинск  на Новогородок, встретили на своем пути литву: «И  послаша сторожу литва на  озеро Зьяте (в середине Х VI ст. при переписи пинских пущ  оно уже называлось болотом [89] и гнаше  через болото до реки Щарье» [90]. «Сторожа» обычно высылалась для охраны границ государства. Из этого следует, что Литва находилась где-то в верховье левого притока  Немана – Щары. Кстати, название это балтского происхождения, означает «узкая» [91].

    Эта Литва прикрывала собой Новогородскую землю с юго-востока, ибо галицко-волынские войска, победив ее, «наутрея же плениша всю землю Новогородьскую» [92]. О  том же  местонахождении Литвы говорит и запись Ипатьевских летописей под 1255 годом: «Данилови же (Данила Галицкий) пошедшу на войну  на Литву, на Новогородок» [93]. Это означает, что галицкие войска  шли на Новогородок той же дорогой, что и в 1253 году, а именно через Литву. Эти факты, видимо, и  имела   в виду  Ф. Гуревич, означая, что в летописных сведениях про Новогрудок в 50-70 годах XIII   ст. «рассказывается о проникновении галицко-волынских князей из Литвы в этот город» [94]. У Н. Нарбута мы читаем о том, что в 1405 году туровский бискуп Антоний  с согласия Витовта крестил в Литве народ в православную веру [95]. Было непонятно, почему именно  туровский бискуп крестил Литву, которая, если ее отождествлять с Аукштайтией, находится далеко от Турова.  Но в свете  вышесказанного все становится ясным. Литва была по соседству с Турово - Пинской землей, и поэтому совсем естественно, что ее крестил туровский бискуп.

    В свое время А. Кочубинский  предполагал, что название «Литва», связывая  с корнем «ли» в нашем «лить», в литовском «лиетус» (дождь), означает жителей влажной местности. Он утверждал также,  что название «дреговичи» также литовского происхождения («дрегнос»  на  литовском  «влажный») [96]. То, что летописная Литва в древности находилась по соседству с болотистой Турово - Пинской землей, населенной дреговичами, подтверждает эти суждения исследователя. Про такое соседство свидетельствуют и археологические исследования. В. Седов на их основании считает, что дреговичи далее на север от Выгоновского болота не жили даже в относительно позднее время [97].  Именно Выгоновское болото было природной границей между Пинской  землей и летописной Литвой. Оно же было причиной и того,  что дреговичская колонизация летописной Литвы значительно замедлилась, поэтому последняя могла  так долго просуществовать.  В согласии с приведенными фактами находится и сообщение М. Стрыйковского про Литву над Неманом, «которая жила в пущах и издавна прислуживала Новогрудскому  княжеству» [98].

    Характерно, что на территории, которая в летописи выступает под названием Литвы, до сегодняшних дней сохранился топоним «Литва». Населенные пункты с таким названием  мы встречаем в Слонимском (Гродненская обл.), Ляховичском  (Брестская обл.), Узденском, Столбцовском, Молодеченском  (Минская обл.) районах. Это  коренные названия, которые совпадают с летописным названием «Литва» и которые имеются только в указанном регионе. Их нужно отличать от  топонимов типа « Литвиново», «Литвиновичи», «Литвяки» и им подобных, которые имеются в других  местностях  Белоруссии, России, Украины. Появление их там связано с переселенцами из Литвы в те местности. Один из таких топонимов – «Литвилишки» выявлены  нами  на территории Аукштайтии (бывшая Муксниковская волость Виленского повета). И рядом с ним – топоним «Минчуки» [99]. Понятно, что  они было основаны выходцами из летописной Литвы и соседней с ней Минщины.

    Летописные данные и топонимика дают возможность ориентировочно определить территорию Древней   Литвы. На  севере она граничила с Полоцким княжеством по неманской Березине. Позже она была перепутана с днепровской Березиной, которую и считали границей Литвы и Руси. Так, московские послы, предъявляя претензию на белорусские города, говорили послам Великого Княжества Литовского: «… а рубеже  был тем городом  с Литовской землею по Березыню» [100]. Про литовско-полоцкое пограничье  тут свидетельствуют и расположенные рядом топонимы «Литва» и «Полочаны» (Молодеченский район).  По этой же р. Березине шла северо-западная  граница Литвы  с Нальщанами.  На  востоке Литва граничила с Минским княжеством, западная граница которого не шла дальше реки Усы (приток Немана) [101]. На восточном левобережье верхнего Немана Литва в глубокой  древности соседствовала с другим балтским  племенем – лотвой, о чем свидетельствует  одноименный гидроним (Копыльский р-н) и топонимы «Большая Лотва» и «Малая Лотва» (Ляховичский р-н) [102]. Не исключено, что именно отсюда и началось расселение литвы и лотвы: первой на  северо-запад, второй – на север и северо-восток [103]. Дальше граница Литвы переходила на р. Щару, большой южный изгиб которой и являлся природной границей Литвы на юго-востоке, юге и юго-западе. Примерно по верховью реки Мышанки и по нижнему течению реки Валовки шла западная граница Литвы, которая в более древние времена отделяла ее от ятвягов.

    Для науки имеет принципиальное значение выяснение вопроса, где была «Литва Миндовга», ибо именно с нее начался процесс объединения балтско - литовских племен.  В. Пашута показывал ее в Аукштайтии, на территории, которая включала города Вильно, Троки, Кернав, Делтуву, Укмерге [104]. Но на этой же карте он поместил (правда, с вопросом) г. Воруту, где, как отмечено в летописи под 1252 годом, оборонялся  Миндовг от своих противников [105], не месте современного поселка Городище (Барановичский р-н), что очень далеко от Аукштайтии. В связи с этим возникает вопрос, почему Миндовг защищался от врагов не в «Литве  Миндовга», а в Новогородской земле, почему он бросил «свою» Литву и пришел искать защиту в чужой земле. В. Пашута  не ставил этих вопросов, и, естественно, не дал на них ответа, как и не разъяснил, почему он предполагал, что Ворута  находилась  на месте современного Городища.

    Но все дело в том, что «Литва Миндовга», как и вся Литва, находилась не в Аукштайтии, а в Верхнем Понемонье, где и Ворута. Уже летописное сообщение, что «Даниил возведе на Кондрата Литву Миндовга Изяслава Новогородского» [106], дает понять, что «Литва Миндовга» и Новогородок находились недалеко одна  от второго. Видимо, это последнее было причиной того,  что Э. Гудавичус, который  посвятил «Литве Миндовга»  специальное расследование и который считает, что она находилась на юге современной Литвы, даже не указал, в каком контексте она упоминается [107]. Близость «Литвы Миндовга» от Новогородка дает возможность определить (хотя бы приблизительно) местонахождение Воруты. Хотя ее отождествление с современным Городищем не может быть бесспорным, однако оно может быть близким к истине. Мы со своей стороны о местонахождении и названии Воруты высказываем такое предположение. Между реками Сервечью и Валовкой есть небольшая речка Рута и несколько населенных пунктов с таким названием. Может быть, на месте одного из них и находилась Ворута. В первоначальной редакции летописи, созданной, как предполагал В.Пашута [108], в Новогородке, могло быть написано, что Миндовг «вниде во град во Руту». Повторение предлогов характерно для Новогородской летописи: «на реце на Немне», «за Домонтом за Нальщанским», «на Романа на Брянского» [109]. Позже редактор, вставляя Новогородскую летопись в Галицко-Волынскую, мог, не разобравшись, «во Руту» принять за одно слово и, сделав другие редакционные изменения,  написать «вниде во град именем Ворута». Возможно,  что Ворута находилась на месте современных Кареличей, которые размещены на р. Рута и где есть городище.

    Именно «Литву Миндовга» вместе с правобережной  Литвой и Нальщанами  завоевывал в 1258 г. татарский воевода Бурундай [110]. Но Р. Батура полагает, что под «землей Литовской» в летописи нужно понимать Новогородское княжество,   которое якобы  уже принадлежало Литве (112).  Однако он упустил из вида, что в это время Новогородок не отождествлялся с Литвой, о чем свидетельствует приведенное выше летописное сообщение о основании Войшалком монастыря между Литвой и Новогородком.  В 1262 году  Миндовг мстил волынскому князю Васильку  за его участие в походе Бурундая нападением на волынские города. Показательно, что отряды «литвы»            и в этот раз отступали через Пинскую землю(113), что еще раз свидетельствует  о нахождении «Литвы Миндовга» между Пинской и Новогородской землями. Из этого следует, что Бурундай мог завоевывать единственную в то время Литву, которая находилась в Верхнем Понемонье и с которой он перешел на Нальщанскую землю. Хотя последняя пока что исследователями не локализована, однако бесспорно, что она, гранича с Литвой, находилась на северо-западе современной Белоруссии. И когда Бурундай, двигаясь с юго-востока, прошел через Литву в Нальщаны, то ливонцы и рижане, которые двигались с северо-запада, через Нальщаны ( durch Nalsen )(114)  проникли в Литву.  Это яркое совпадение в показаниях Ипатьевских летописей и Ливонской рифмованной  хроники -  еще одно очевидное свидетельство, где была древняя Литва. Соседством Новогородка и «Литвы Миндовга» разъясняется факт появления последнего в этом городе, о чем пойдет разговор ниже.

    Было сделано возражение, что территорию, показанную нами как Литву, c   IX   в. занимали славяне, и что здесь с Х столетия существовал  древнерусский город Изяславль(115). Однако славяне на этом месте, как и на всей территории Белоруссии, не были автохтонами, ибо еще до них, как означает Ф. Гуревич, «здесь жили балтские племена культуры штрихованной керамики» (116). На это указывают и археологические памятники, например:  Городище (Барановичский р-н); Кореличский тракт, Черешля (Новогрудский р-н); Бездонное, Кабаки, Низ (Слонимский р-н); Воложин (Воложинский р-н), Держинск, Новосады, Старая Рудица  (Держинский р-н), Городилово, Городок (Молодеченский  р-н) и др.(117).

    Нужно отметить, что первоначально в конце Х ст. подпадало христианизации только славянское население, а иноплеменные оставались в язычничестве(118).  Вот почему острова балтского населения еще долгое время существовали на территории Белоруссии, как, например, в районе Обольцев (Толочинский р-н), Гайны (Логойский р-н), и др. (119). Население их было крещено в католическую веру на условиях Кревской унии 1385 г. Между прочим, этим и объясняется, почему в Обольцах и Гайне были построены  первые костелы на территории Белоруссии. Не исключено, что население это, в том числе и древней Литвы, окруженное славянами, в значительной степени ассимилировалось и было не столько балтским, сколько языческим. Как увидим дальше, Миндовг и Войшалк сначала были язычниками. Не зря же позднейшие Хлебниковские летописи в отличие от «Повести минувших лет»(120) Литву поместили среди славянских племен.

    В свете приведенных нами фактов тяжело согласиться с мыслью, что наиболее ранние упоминания Литвы относятся к восточной, центральной и занеманской частей современной Литвы.(122).  Это опровергается первым же упоминанием Литвы под 1009 г. в Кведлинбургских анналах. Уже только  то, что в этом латиноязычном  источнике название «Литва» выступает в славянской форме и что здесь говорится о ее границах с Русью ( in confinio Rusciae et Lituae )(123), свидетельствует о том, что разговор  может идти о Литве в Верхнем Понемонье. Только в таком случае она могла граничить с Русью, от которой территория современной Литвы была ограждена ятвягами.

    Это же подтверждают и другие  сообщения о Литве, связанные с упомянутыми выше походами на Ярослава Мудрого в 1040 и 1044 годах.   В исследованиях  Е. Длугоша находим дополнительные сведения  об этом,   а именно, что киевский князь «разбил Литву на полях Слонимских (припоминаем, что здесь есть топоним «Литва») и овладел ею до Немана.»(125), т.е.  захватил ее левобережную часть. Приведенные факты опровергают и предположения, что топонимы «Литва» в указанном нами регионе появились в  итоге продвижения  сюда позднее (когда именно, не указывается) литовских поселений (128). Однако события 1009, 1040 и 1044 лет показывают, что уже в XI ст. эта местность называлась Литвой.

    Некоторые исследователи, чтобы доказать нахождение древней Литвы на юге современной, из названия речки «Летовка» (правый приток Вилии в районе Кернау), выводят названия «Летува – Летова – Литва» (127).  Однако это очень проблематично, ибо в самых ранних письменных свидетельствах, как и в топонимике, отражено название «Литва», а не «Летува» и «Летова». В любом случае нельзя  видеть только спорный  гидроним и не замечать целое гнездо означенных выше красноречивых топонимов «Литва» в Верхнем Понемонье.  Нельзя признать удачной и попытку локализовать на территории современной Литвы владения литовских князей XIII столетия, упомянутых в письменных  источниках. Дело в том, что топонимы, похожие на имена названых князей, есть не только на территории  Литвы, но и в других местах Белоруссии, как, например, Товтвилы  (Пружанский р-н), Ютки (Мядельский р-н) , Довьяты (Браславский р-н), Рукли (Оршанский р-н).  и др. Ссылка Р. Батуры  на грамоту Миндовга  от 1253 года (129) ничего не дает для определения местонахождения древней Литвы в Аукштайтии, поскольку в этом документе перечислены земли, которые якобы принадлежали Литве, но что подразумевалось под ней, здесь не видно. То же и в отношении договора Гедимина от 2 октября 1323 года (130) Уже то, что этот князь, называя себя королем Литвы, считал нужным в числе других земель, от имени которых  он заключил договор, назвать Аукштайтию и Жемайтию, говорит о их таком общеизвестном наименовании в то время и что титул короля Литвы, таким образом, происходил  не отсюда.  Это же подтверждает и П. Дузбург, у которого Аукштайтия показана в связи  с событиями 1294-1300 г.г. как «владения короля Литвы» ( terra regis   Litowia ) (131), из чего видно, что Литва и Аукштайтия  - разные в то время географические понятия.  Как долго еще держалась название Аукштайтия уже во время существования Великого княжества Литовского, свидетельствует упоминание ее Витовтом в его письме от 11 марта 1420 года (132). То что в 1268 году Нальщаны названы «провинцией Литвы»(1323), не говорит о расширении названия последней на эту землю, а только о принадлежности ее к Литве, что и  соответствует действительности, поскольку Войшалк завоевал ее вместе с Дяволтвой в 1264 году. Если Вартберг показал Кернау в Литве(134), то это понятно, ибо он писал свою хронику после 1378 года(135), когда название «Литва» уже укрепилось в том месте. Высказана еще мысль, что с территории, которая будто бы являлась центром создания феодального Литовского государства (это значит с востока и центра современной Литвы), в начале XIV   столетия исчезло название «Литва» и  заменено там названием  «Аукштайтия»(136). Тогда непонятно, почему это название оттуда исчезло и когда и почему оно там опять появилось и укрепилось.

    Но все происходило иначе: сначала восточная часть современной Литвы называлась Аукштайтией, о чем могут свидетельствовать и такие здесь топонимы , как Аукштайтцы, Аукштыня, Гаукштаны, Аукштадворы, Аукштели и др.  в бывших Быстрицкой, Миляцкой, Мицкунской, Немечинской, Рошанской, Ширвинской и Янишской волостях Виленского повета, в Жосельской, Алькенишской и Сумилишской волостях Трокского повета, В Александровской волости Лидского повета и в Лынгмянской волости Свентянского повета (137). И только позже, в начале XIV   столетия в связи с перенесением столицы государства в Вильно, название «Литва» с Верхнего Понемонья  постепенно начало переходить на восток современной Литвы и укрепляться там.  Но одновременно оно продолжало сохраняться  и на прежнем месте еще целыя столетия. В Могилевской хронике под 1695 г. говорится, что литовское пограничье проходило недалеко от  Минска и Слуцка.(138). Насколько это название в Верхнем Понемонье имело всеобщее признание и даже официальное, может служить тот факт, что декабрист А. Бестужев, живший в 1821 г. на территории современного Воложинского р-на, дал в Петербург такой свой адрес: «Литва, д. Выгоничи, в 40 верстах от Минска»(139). Где конкретно находилась Литва в древности, хорошо знал и русский историк М. Надеждин:   «Собственно в Литве им (литовским языком) говорят уже совсем немногие, а именно: одно селение в повете Вилейском, несколько в поветах Новогрудском и Слонимском»(140).     Означалось , что во времена А.  Мицкевича    Литвой называли не только современную Литву, но и определенную часть славянской территории. Однако последняя носила такое название не потому, что она входила в состав Великого Княжества Литовского(141), а  потому, что именно  здесь в давние времена и была Литва.

    С нахождением летописной Литвы в Белорусском Понемонье связано и то, что население ее, ассимилировавшись в белорусов, называло себя по-прежнему   литвинами. Письменные источники означают это уже в конце XIII – начале XIV ст. Так, П. Дузбург , например, в своей хронике два раза (под 1296 и 1305 годами) пишет о борьбе немецких рыцарей с литовскими и оба раза  отмечает, что последние были русскими (142), это значит по названию были литвинами,  а по сущности являлись славянами. В «Хронике Литовской и Жемойтской» под 1405 г. говорится про Андрея Литвина, который советовал Витовту не идти  на соглашения с неприятелем, крикнув при этом: «Не мири, Витавте, не мири»(143). По этой причине Витовт назвал его Немиром,  от которого и род такой пошел. Как видим, ни этот литвин, ни великий литовский князь не разговаривали на литовском языке. В интермедии драмы Георгия Канинского «Воскресение мертвых» (1746 г.) под именем литвина выведен белорусский крестьянин(144).  А. Мицкевич (1798-1855 г.г.), который родился под Новогрудком, свое отечество называл Литвой(145). Даже белорусский писатель XIX ст. В. Дунин- Мартинкевич (1807-1884 г.г.), которого также нельзя подозревать в отсутствии белорусского национального самосознания, считал, что он вырос среди  литвинов.    Также уроженец Гродненщины     К. Калиновский, революционная деятельность которого приходится на 60 годы XIX столетия, и который всегда обращался к своему народу на белорусском     языке, как правило, называл родной край Литвой.  Называет себя литвином и один из героев трилогии Я. Коласа «На росстанях» ( в ней рассказывается о событиях   начала ХХ столетия) Баранкевич, хотя он и белорус (147).  Мы не будем больше приводить аналогичных примеров.   Я. Юхо       убедительно доказал, что название «Литва» на протяжении  многих столетий относилась к Белоруссии и было, по сущности, ее историческим наименованием (148).   Только в начале ХХ столетия, когда завершился процесс формирования белорусской нации, название «Белоруссия» укрепилось и за Белорусским Понемоньем, вытеснив оттуда название «Литва»,  которое с того времени стало относиться  к современной Литве.

    Теперь коротко остановимся на некоторых других исторических областях и княжеских родах, которые в источниках упоминаются рядом с Литвой.   В договоре 1219 г. названы князья  Булевичи и Рушковичи. Относительно их местонахождения были высказаны предположения. Так, И. Беляев показывал без разграничения  первых и других на территории от Вилии до Немана и Свислочи на восток до Березины днепровской (149). К сожалению, он не указал ни источников, ни предположений, которые дали ему основание      для  этого утверждения.  В последнее время      Э.С. Гудавичуc  на основании топонимики, которая совпадает с именами булевичских и рушковичских князей, считает, что Булевичи владели Шауляйской землей, а Рушковичи – землей Упите(150). Однако такие же топонимы есть и в Белоруссии (Булевское болото и др.) (151).    Нами было высказано предположение, что  Булевичи находились  на территории Столбцовского р-на, потому что там имелись топонимы Балевичи (152). Это, как видим, совпадает с утверждениями  И. Беляева.  Булевичи только однажды упоминаются в летописи, и потому возможно, что летописец не совсем точно передал их фамилию. На эту мысль наводит и то, что в Негневичах    (Новогрудский р-н) есть речка с немного необычным названием «Булович»(153). Это не так далеко от Столбцовского р-на и потому может быть определенным ориентиром для локализации Булевичей. Поэтому станет понятно, почему Миндовг так жестоко расправился с булевичскими князьями, уничтожив всех их. (154). Подчинение Булевичей, которые находились на его пути от Новогрудка в Литву, открыло ему путь к завоеванию последней. Отметим еще, что в Померании есть населенные пункты с названиями Bulitz , Bullen (155). А это может указывать на западнославянское происхождение Булевичей, тем более, что имена князей, как, например, Вишимут, относятся к славянским(156).  Может быть, что   Булевичи со всем своим родом и князьями убежали с западнославянских земель, спасаясь от онемечивания и христианизации, на территории, где было еще немало языческого населения.

    Что о Рушкавичей, то эта фамилия прозрачно славянская. На карте Померании     мы находим Ruskewitz (157), что также может указать на место, откуда они пришли. Имена их князей – Кинтибут, Ванибут, Бутавит, Виженик, Вишлий, Китений, Пликасова, Хвал, Сирвит – носят славянский характер(158). По-прежнему у нас отсутствуют данные, которые бы дали возможность более- менее точно определить место их княжения.  Только по топонимическим данным, как это делает Э. Гудавичус, определить это нельзя.  Поскольку в XIII   столетии  Рушковичи делали набеги на Волынь, то мы можем считать, что их владения были по соседству с Пинской землей. Видимо, язычество Булевичей и Рушковичей в первую очередь связывало их с балтско – литовскими князьями.  

    В  свое время Э. Вольтер сделал попытку определить местонахождение Нальщанской земли. Он показал ее на северо-западе современной Литвы (159).  Одним из критериев для такого основания было наличие  там топонимов типа «Налишки». Однако, нашедши такой  в Жемойтии, исследователь отметил, что он ничего общего с Нальщанами не имеет. И это означало, что  и другие похожие топонимы нельзя было уверенно относить к Нальщанам.    Неудачи  Э. Вольтера объясняются тем , что он, отождествляя древнюю Литву с современной, не обратил внимания на свидетельства,  противоречащие  этому отождествлению.  Так, отметив, что в немецких источниках «Нальсен» и «Налиске» находятся в связи с пограничной областью, как бы спорной, не жмудской и не литовской, не заметил, что здесь очень выразительно показано расположение Нальщан как территории, что разделяла Литву и Жемайтию.  Приведенное Вольтером сообщение Рифмованной хроники, что путь ливонцев в Литву на Миндовга пролегал через Нальщаны и что они находились на дороге от Двинска к Литве, также подтверждало местонахождение и древней Литвы и Нальщан.  Но эти свидетельства остались без внимательного анализа Э. Вольтера.  А. Киркор отождествлял Нальщаны и Гольшанами(160).  По мнению  В. Пашуты, Нальщанская земля занимала    весь крайний северо-запад современной Белоруссии и крайний юго-восток современной Литвы (от Немана ниже Гродно и до Западной Двины  в районе Довгопилса и от Крева до Вильно)(161).  Это  мнение в некотором отношении приемлемо, однако  ему не дано разъяснение. Нальщаны непосредственно граничили с древней Литвой, как мы видели выше, и это дает основание локализовать их на северо-востоке Белоруссии. В некоторых местах Рифмованной хроники Нальщаны имеют название «альсен».  Оно, может быть, немецкого (готского?), происхождения, ибо могло произойти от c лов Aal (угорь) и Seen (озера), что означает «озера, населенные угрями». Если это так, то область, видимо, занимала  территорию северо-западной части Белорусского Поозерья, богатого угрями. Бесспорно, что коренным населением Нальщан были балты. Но, как известно, этот район  наиболее раннего проникновения славян- кривичей,  на что указывает название «Крево» и похожие на него. И поэтому Нальщаны нужно относить к наиболее славянским  к тому времени областям.  Скорее всего,   неправомерно причислять    Нальщанскую землю   к балтско – литовским землям, особенно если  учесть  что ее князья отсутствовали в волынско - литовском  договоре 1219 г.  Не зря и нальщанский князь Довмонт со всем своим родом бежал в Псков и там был избран князем. После XIII   столетия название «Нальщаны» исчезло в письменных документах. На их территории позже создалось Кревское княжество.

    Летописное название «Деволтва» - видимо, сжатая форма названия «Деволотва», что может говорить о население этой области как ответвлении балтского племени лотвы, которое  в древние времена населяло центральную и севера–западную часть Белоруссии (162), тем более, что в Хлебниковской летописи Деволтва и названа Лотвой(163). «Хроника Быховца», созданная в XVI веке, указывает на существование Деволтского княжества(164), которое находилось в  районе  Вилькомира.  Неуверенность источников породила неразбериху в научной литературе даже одного и того же автора.  Так, на карте, приложенной к книге  В. Пашуты  «Героическая борьба русского народа за независимость» (1956), Деволтва показана в междуречье Невежи и Швентойи. А на карте «Земли и населенные пункты Древней Литвы» в  книге В. Пашуты  «Образование Литовского государства» на месте Деволтвы показана область Упите, а основная часть  территории Деволтвы отнесена на восток от реки Швентойи, туда, где обычно показывается Аукштайтия.

    Проблема местонахождения Аукштайтии также запутана. Даже нельзя уверенно сказать, было  ли на ее территории Вильно, ибо некоторые исследователи считают,  что эта историческая область находится на западе от Вильно.  Топонимика свидетельствует, что на территории современной Литвы аукштайты  занимали пространство в междуречье Меркис и Стравы и междуречье Жеймяны и Швентойи. Но вряд ли жили аукштайты по правому берегу Швентойи, до реки Невежис, как это показывает В. Пашута. В одной из немецких хроник говорится, что в 1332 году ливонцы  совершили набег на Жмудь (Жемойтию) и дошли до Швентойи.

    Говоря о местонахождении Жемайтии, территория которой тянулась до Балтийского моря, мы хотим обратить внимание на наличие значительного количества топонимов типа «Жемойтишки», «Жемайтели»   и т.п.  в бывших Бутриманской и Янзенской волостях Трокского, в Подберезской, Рукойненской, Янишской волостях Виленского, в Александровской, Беняконской, Гончарской и Эйшишской  волостях Лидского, в Дуботовской  волости Свентянского, в Забреской и Субботниковской  волостях Ошмянского поветов и др. (166) Эти топонимы достаточно сконцентрированы и локализованы и плотно охватывают восточные и юго-восточные границы современной Литвы.  Е. Ахманьский заметил несоответствие названия «Жемайтия» (низкая земля) тому географическому положению, которое занимает это область, размещенная на высоком месте.  И он высказывает предположение, то это название возникло тогда, когда жемайты сидели в низинной местности над р. Невежей.  Но отсюда их будто бы  вытеснили аукштайты, которые пришли с Ошмянских высот (отсюда и Аукштайтия – высокая земля). В результате этого жемайты  и заселили свою современную местность, вытеснив оттуда куронов (167).  Наличие в одних и тех же местностях жемайтских и аукштайтских топонимов может в некоторой мере подтверждать эту мысль. Одновременно отсюда можно сделать предположение о возможности того, что в нашей летописи Аукштайтия выступает под старым названием своей территории. И это наиболее вероятно, ибо еще в конце XIX и в начале ХХ ст.  жители восточной Литвы  часто назывались жемайтами,  а литовский язык – жемайтским (168).

    Из рассмотренного видно, что балтско-литовские земли некомпактно  протянулись с северо-запада на юго-восток от Балтийского моря до верховья Щары.  В исследованиях утверждается о наличии в литовских землях еще в начале XIII   столетия относительно единого государства(169), свидетельством этого якобы является договор 1219 года. Однако с этим тяжело согласиться.  В нем упоминается более 20 старейших князей,  что выразительно свидетельствует о исключительном разъединении этих земель. Выражение «старейшие князья» относится в этом договоре не только к князям Литвы, как это обычно утверждается исследователями, но и к князьям всех перечисленных здесь земель.  То, что князья Литвы названы первыми, еще раз показывает ее местонахождение в Верхнем Понемонье.  Она была ближе всех к Волыни и потому названа первой. Кроме того, не обращалось внимания на отсутствие в этом договоре Нальщанских князей. А это также не дает права говорить о наличии даже относительно единого государства у балтско- литовских землях.  Но самое главное, это так называемое единство было результатом не внутреннего развития, а внешнего фактора: балтско–литовские князья были созваны волынскими князьями  для борьбы с поляками и тем самым показали себя в качестве наёмников.

    В завершение разговора о балтско-литовских землях опять вернемся к древней Литве. Наиболее важно здесь подчеркнуть, что она врезалась клином между Полоцкой, Турово- Пинской и Новогородской землями и рядом с ними являлась одной из исторических областей Белоруссии. Понятно, что при объединении этих земель она не могла не войти в состав территории Белоруссии как одна из составных ее частей. Не видя такого геополитического состояния древней Литвы, нельзя понять, почему она в середине  XIII столетия очутилась в фокусе политического соперничества соседних с ней земель,   которые стремились завоевать ее, что было первым звеном в расширении их власти на другие земли. В этом соперничестве и одержал победу Новогородок, который и стал центром создания нового государства  - Великого княжества Литовского

     

    Продолжение следует.

     

    Литература

    1. Антонович В.Б. Очерки истории Великого княжества Литовского. Киев, 1878. С.25; Любавский М.К. Очерк истории Литовско-Русского государства. М., 1915. С.14; Советская историческая энциклопедия. Т.3. С.246; Гiстория Беларускай ССР. Мн., 1972. Т.1. С.125-126; История Литовской ССР Вильнюс, 1978. С.34.

    2. Дашкевич Н.П. Литовско-Русское государство// Университет.изв.Киев, 1882. №8. С.325.

    3. Алексеев Л.В. Полоцкая земля. М., 1966. С.288.

    4. Пашуто В.Т. Образование Литовского государства. М., 1959. С.341.

    5. Там же. С.8.

    76. Кочубинский А.А. Территория доисторической Литвы//Журн. М-ва народного просвещения. СПб, 1897. №1.С.65.

    77. Гринблат М.Я. Белорусы. Мн., 1969. С.71, 161; Пашуто В.Т. Образование Литовского государства. М., 1959. С.353, 381.

    78. Советская историческая энциклопедия. Т.8. С.738.

    79. ПСРЛ. Т.2 Стб. 496

    80. Там же. Стб. 519

    81. Насонов А.Н. Указ. соч. С.153

    82. ПСРЛ. Т.2. Стб. 859.

    83. Батюшков П. Белоруссия и Литва. СПб. 1890. С. 60

    84. ПСРЛ. Т.2 Стб. 672

    85. Там же. Стб. 797 - 798.

    86. Там же. Стб. 798.

    87. ПСРЛ. Т.2 Стб. 855.

    88. Там же. Стб. 856.

    89. Ревизия пущ. Вильно, 1867. С.14.

    90. ПСРЛ. Т.2. Стб.818-819.

    91. Жучкевич В.А. Краткий топонимический словарь Белоруссии. Мн.,1971. С.413.

    92. ПСРЛ. Т.2 СТБ.819.

    93. Там же. Стб.828-829.

    94. Гуревич Ф.Д. Древний Новогрудок. С.3.

    95. Narbutt T/ Dzieje starozythe narodu Litewskiego. Wilno, 1843. T.6. S.87.

    96. Кочубинский А.А. Указ. Соч. С.93

    97. Седов В.В. Дреговичи. // Сов. Археология. 1963. №3. С.116.

    98. Stryikowski M.O. J poczatkach. Warszawa, 1978. S. 95

    99. Гошкевич И.И. Виленская губерния. Вильно. 1905. С.118.

    100. Дмитриева Р.Т. Указ. соч. С.138.

    101. Алексеев Л.В. Указ. соч. С. 75

    102. Slownik geograficzny. Warszawa, 1884. T.5. S. 741.

    103. Ермаловiч М.I. Яшчэ раз аб месцазнаходжаннi Старажытнай Лiтвы i пачатковай гiсторыi Навагрудка// Весцi АН БССР. Сер. грамад. навук.1988. № 4 . С.68-75.

    104. Пашуто В.Т. Указ.соч. Карта.

    105. ПСРЛ. Т.2.Стб. 818.

    106. Там же. Стб. 776.

    107. Гудавичус Э. Литва Миндовга. Вильнюс, 1985. С.119-126.

    108. Пашуто В.Т. Указ.соч. С.42.

    109. ПСРЛ. Т.2 Стб. 859-860.

    110. Вуснае паведамленне археолага М.А. Ткачова.

    111. ПСРЛ. Т.2. Стб.818.

    112. Batura R. Lietuwa tautu kowoje Ayksa Orda. Vilnius, 1975. P.133.

    113. ПСРЛ. Т.2 Стб. 818.

    114. Livonische Reimchronik. Padeborn, 1876. V.3319, 3325.

    115. Гурэвiч Ф.Д. Заснаванне Навагрудка. С.73.

    116. Гуревич Ф.Д. Древности Белорусского Понеманья. С.114.

    117. Штыхов Г.В. Археологическая карта Белоруссии. Мн., 1971. С. 13,146,147, 150-152, 172-174, 184, 190-193.

    118. Голубинские . История русской церкви. СПб., 1901. С177.

    119. Osmanski J. Litewska granica etniczna na wschodzie. Wroclaw, 1981. S. 47-53.

    120. Повесть временных лет. М., 1950. Т.1 С.13.

    121. ПСРЛ. Т.2. Стб. 5.

    122. Волкайте-Куликаускене Р.К. Образование литовской народности // Сов. этнография. 1979. №3. С.43.

    123. Annules Quedlinburgenes: Monumenta Germaniae Historica. Hannoverae, 1858. B.3. S. 80.

    124. Волкайте-Куликаускене Р.К. О северной границе ятвягов. // Проблемы этнической истории балтов. Рига, 1985. С.49-51.

    124a. Татищев В. История Российская. М., 1964. Т.4. С.251.

    125. Живописная Россия. СПб. 1882. Т.3. С.195.

    126. Алексеев Л.В. Указ. соч. С.75.

    127. Кузавинис К. Происхождение названия «Литва» // Всесоюзная конференция по топонимике СССР. Л., 1965. С.74-75.

    128. Гудавичус Э.С. Попытка локализовать владения литовских князей ХIII в. // Труды АН Лит.ССР. Сер. А. 1984. №3. С.70-79.

    129. Batura R. Указ. соч. С.133.

    130. Там же.

    131. Letuwies toribine enciklopedija. Vilnius , 1976. t. 1. P.463.

    132. Там же.

    133. Batura R. Указ. соч. С.133.

    134. Там же.

    135. История Ливонии. Рига. 1985. Т.2. С.6.

    136. Волкайте-Куликаускене Р.К. Образование литовской народности. С.45.

    137. Гошкевич И.И. Виленская губерния.

    138. ПСРЛ. М., 1980. Т.35. С.248.

    139. Русская старина. СПб., 1901. №2. С.395.

    140. Надеждин Н.И. Северо-западный край империи// Журнал М-ва внутренних дел. 1843. №2. С. 219.

    141. Непокупный А. Балтiйськi родичi словьян. Kиiв , 1979. С. 63.

    142. Брянцев П. История Литовского государства. Вильно, 1889. С.2.

    143. ПСРЛ. Т.32. С. 78.

    144. Хрэстаматыя по старажытнай беларускай лiтаратуры. Мн., 1959. С. 376-379.

    145. Дзень паэзii. Мн., 1965. С. 194.

    146. Дунiн-Марцiнкевiч В. Збор творау. Мн., 1958. С.362.

    147. Колас. Я. Збор творау. Мн., 1963. Т.9. С.42-43.

    148. Юхо Я. Пра назву «Беларусь»// Полымя. 1968. № 1. С. 175-182.

    149. Беляев И. История Полотска. СПб, 1872. С.59.

    150. Гудавичус Э.С. Попытка локализовать владения литовских князей ХIII в. С.79.

    151. БелСЭ. Мн., 1970. Т.2. С. 463.

    152. Ермолович Н.И. Где была летописная Литва? // Тез. К конференции по археологии Белоруссии. Мн., 1969. С.235.

    153. Археологический сборник документов истории Северо-Западной Руси. Вильно, 1904. Т.14. С. 78, 82, 94.

    154. ПСРЛ. Т.2. Стб. 736.

    155. Забелин И. История русской жизни. СПб. 1864. Ч.1 С.599.

    156. Морошкин М. Славянский имянослов. СПб, 1867. С.35.

    157. Забелин И. Указ. соч.. С.608.

    158. Морошкин М. Указ. соч. С.39, 40, 48, 99, 152, 178, 199,200.

    159. Вольтер Э. Где искать Нальшенайскую землю? // Журн. М-ва народного просвещения. 1900. № 5. С.205.

    160. Живописная Россия. Т.3. С.76.

    161. Пашуто В.Т. Указ. соч. Карта.

    162. Ермолович Н. О местонахождении Древней Литвы. // Проблемы этнической истории балтов. Рига. 1985. С.70-71.

    163. ПСРЛ. Т.2 Стб. 863.

    164. Хроника Быховца. М., 1967. С.35.

    165.История Ливонии. Рига, 1885. Т.2, С.225.

    166. Виленская губерния. Вильна, 1905.

    167. Ochmansski J. Historia Litwy. Wroclaw, 1980. S.56.

    168. Жемайте А. Избр. Соч. Вильнюс, 1952. С.43.

    169. Пашуто В.Т. Указ. соч. С.339.


    Перевод выполнен с издания: Мiкола Ермаловiч. Беларуская дзяржава Велiкае княства Литоўскае. Мiнск: "Беллiтфонд", 2000.

    © Станислав Экземпляров (перевод на русский), 2001
    © Ирина Семенова (перевод на русский), 2003

     

     

     


    Дизайн Ivan.Shumkov studio
    © Петербургский Генеалогичеcкий Портал, 2001-2003